Автор: Fruzya
Описание:
Фред погиб много лет назад, и Джордж пронёс любовь к нему в сердце через всю свою жизнь: всё, что он делал, чем жил - было с мыслями о брате. Он был счастлив, но тоска по Фреду часто заставляла его оглядываться назад, и уже на заре своей жизни Джордж ведёт разговор с фотографией брата.
Тёплая комната в солнечных бликах, в воздухе веет весна.
Джордж с понимающей мягкой улыбкой смотрит на сад из окна.
Шумно в саду – снова правнуки Молли в ярко зелёной траве,
Дружно галдя, рядом с грядкой моркови строят жилище сове:
В ход идут щепки, веревки и камни, ветки и комья земли.
Скоро весь сор будет собран с поляны, двор, как метлой подмели.
Джордж улыбается шире и ярче, глядя на эту возню.
Вечером в дружеском квиддичном матче он соберёт малышню.
Ну а пока можно рядом с камином сесть на потёртый диван,
Скрасить мгновение сливочным пивом, грея в ладонях стакан.
Прямо напротив – на столике низком – фото манит его взгляд:
Джордж, ну а рядом стоит – близко-близко! – Фред, его умерший брат.
Яркое счастье на радостных лицах – явно одно на двоих.
Воспоминания жизни страницы вспыхнут в глазах голубых.
Джордж на диване обмякнет немного, фото призвав со стола,
И по привычке начнёт с монолога, сам себя слыша едва:
«Братец, взгляни на меня, я не молод, зрение стало сдавать...
Ой, да заткнись! Дай тебе только повод, лишь бы меня оборжать!
Волосы редкими стали, взгляни-ка! Видно "безухость" теперь.
Кроме тебя меня "слизнем-улиткой" некому звать, ты поверь.
Знаешь, с тобой уже скоро я встречусь, чувствую – близок тот час.
А впереди будет целая вечность – вся на двоих лишь для нас.
Я расскажу тебе всё, что я знаю, а остальное – потом.
Фред, чёрт возьми! Я безумно скучаю, здесь без тебя за стеклом.
Видишь, я счастлив. Семья, дети, внуки... Жаль, что отец не дожил.
Здесь и захочешь – не сдохнешь со скуки, будешь всегда полон сил.
Слышал, что в жёны я взял Анджелину? Ты же не сердишься, Фред?
Пусть она с первым тобой замутила, крепче, чем мы, пары нет.
Старший сын – Фред, ты и сам знаешь это, дочка – Роксана у нас.
С внуками тут от зимы и до лета дом полон детских проказ.
Строят совятню сейчас на поляне, вспомни нас в этих годах!
Что мы творили с тобой, Мерлин правый! Дом весь стоял на ушах!
Помнишь, неловко как с Ронничкой вышло? Про Нерушимый Обет?
Ладно, хоть папа случайно услышал, всыпал за тот пируэт.
Ты ещё ныл, что твоей ягодице прежней уже не бывать!
Фредди, братишка, нашёл, чем гордиться, дурости не занимать.
Ну-ка ответь, кто придумал из школы Джинни прислать унитаз?
Мама потом за такие приколы долго ругала бы нас.
Все ж хорошо, что решили сиденье от унитаза прислать.
Как ты копировал их удивленье, словом и не передать!
Джинни, сестра наша, не изменилась, пишет про спорт до сих пор.
И издаётся, скажи-ка на милость! Классный она репортёр.
Муж её, Гарри... Ты помнишь нахала? Тысячу нам подарил.
Добрый он парень, таких нынче мало, Мерлин его сохрани.
Да, магазин получился потрясный! Как мы старались, брат Фред!
Каждый из Хогвартса мелкий проказник знает вкус наших конфет.
Хогвартс... Какие ж мы были балбесы! В школе, на курсе шестом
Зелье старения для интереса выпили, просто дурдом!
Ты с бородой, вот умора, признаться! Видел бы только себя!
Где поискать нам такого красавца?! Впрочем, о чём это я?
Мы ведь с тобой – отраженье друг друга, кто нас умел различать?
Даже любимая мною супруга – путала в школе. Раз пять!
Сколько придумали шуток об этом – нынче уже не сочтёшь.
Помнишь, как мама звала тебя Фредом, ты же ей врал, что ты Джордж!
Мама... Ты знаешь, она, как и прежде, любит на нас поворчать.
Правда, вопилеры шлёт уже реже, видимо, стала сдавать.
Внуки и дети, что может быть лучше, правнуков аж двадцать семь!
Правда, тебя только нет в этой куче, вот ведь проблема проблем.
Колдопсихолог втирал мне когда-то: "Время излечит, пойми".
Я ему рявкнул: "Спасибо, не надо больше мне этой херни!"
Что мне лекарства, что время, что слёзы – я тебе сроду не лгал,
Так и отвечу, не встав даже в позу: я тебя не забывал.
Пусть я и счастлив, всё есть, что мне надо, только, поверь, каждый раз
Я представлял, если б ты был бы рядом, что ты сказал бы за нас?
Как бы ответил на шутку шальную, был бы со мной во всём схож?
Нет тебя рядом, я очень тоскую, я и не Дред, и не Джордж.
Кем же я стал, когда ты меня кинул, не попрощавшись тогда?
Как пережил лето, осень и зиму, и все былые года?
Как я ходил словно тень неживая, ел, просыпался и пил?
Как я родных видел, не узнавая, как я женился, любил?
Нет, помолчи, не криви свои губы, будто стрелы тетива.
Ты извини за бессильную грубость и за такие слова.
Только ответь – ты ведь ждёшь меня, Фредди? Просто я верю, что ждёшь.
Вот соберусь – непременно чтоб встретил! Знаю, тебе невтерпёж.
Я представляю, что ты приготовил речь на пятнадцать страниц!
Уши заткну, чтоб ты, выскочка, понял, речи – для глупых девиц.
Просто сожму тебя крепко-прекрепко, чтобы аж шею свело.
Ты закачаешься тоненькой веткой и улыбнёшься светло.
Там, где ты ждёшь – тишина и прохлада, зеленью брызжет трава,
Солнца лучи оплетают ограду, дышит небес синева.
Видишься с папой, наверное, часто, ну и с Люпином, и с Тонкс?
Снейп там ещё не достал, хрен носатый? Ты открути ему нос!..»
Тени спустились на дом незаметно, вспыхнул камин и погас.
Воздух весенний, лучами прогретый, плыл по траве в поздний час.
В комнате Джордж на потёртом диване замер недвижим и тих,
Фото с смеющимися близнецами на пол легко уронив.
Ветер стремительно в окна ворвался, тюль впопыхах растрепав.
Дождь сквозь суровые тучи продрался, свежесть неся из дубрав.
А высоко, над поляной с совятней, над облаками с дождём
Шёл по дороге из солнечных пятен парень-прозрачный фантом.
Он поначалу ещё озирался, ну а в конце припустил
Выше и выше, к тому, кто дождался, кто его очень любил.
Больше не медля, метнулся навстречу, скрыть не стремясь свою дрожь.
Фред улыбнулся и обнял за плечи: "Долго я ждал тебя, Джордж!"
