№562 Я не умел прощения просить...

Автор: Эстет Тобиасович

Люблю я крепкий запах табака
И сизый дым от дорогой сигары.
Что эта жизнь? Трудна и коротка,
Наполнена и смрадом, и кошмаром...

Теперь меня уже не напугать
Ужасным раком горла и гортани.
Я буду все пороки воспевать,
Пока меня неотвратимо тянет

Ко злу. Ко мраку. Боже упаси,
Мне полюбить святые идеалы.
Я не умел прощения просить.
Теперь умею. Легче мне не стало,

Равно как тем, кого не полюблю,
Кому не посвящу свои баллады.
Я не держу. Не верю. Я живу
В банальных девяти кружочках ада.

Да, я их добровольно создавал,
Не вырваться уже и не покинуть.
Забавно, но когда-то я считал
Себя до невозможности наивным.

Прошли года, но сердце до сих пор
Хранит в себе печать воспоминаний.
Забыть старался: половину стер,
И фотографии сжигал с таким старанием,

Что пальцы опалил до черноты.
Мне темное к лицу...но не об этом!
Однажды я любил до немоты,
И не могу простить себя за это.

Я не умел прощения просить.
Теперь умею - искренне и с жаром.
Да только больше некого любить...
Теперь люблю я крепкие сигары.



© Copyright: Эстет Тобиасович, 2010

№561 Северус Снейп

Автор: Эстет Тобиасович

Стихотворение от лица СС, выжившего после событий 7 книги:

Истерзанные временем и богом,
До сумасшествия красивые во лжи,
Пытаются остаться под предлогом,
Что без меня им долго не прожить.

Не выжить им под куполом стеклянным,
Под небом, затуманенным дождем.
Им не понять короткой жизни маглов,
Которые друг друга жрут живьем.

Им не понять их глупые законы,
Их технологии, достигшие вершин.
Но нас никто не ждет: ни здесь, ни дома,
Теперь волшебник должен быть один.

Пусть не осталось больше Министерства,
Но Азкабан вмещает сотни спин.
И маглов ужасающий Освенцим –
Лишь детская игра в сравнении с ним.

Все Пожиратели нашли успокоение
На гильотине или же в петле.
Наставник мой ругается с картины,
Что он один на крашенной стене.

Директор, я у Вас прошу прощение:
За кислоту лимонных леденцов,
За Лорду Тьмы проклятое служение,
За смерти малышей-учеников…

Израненные временем и богом
(Конечно, если бог тот все же есть)
Выпускники толпятся на пороге…
Входите, господа. Извольте сесть!

Я больше не «профессор», в самом деле,
Да, шкаф мой не ломИтся от наград.

Ох, мистер Поттер, как вы надоели…
Ну, оставайтесь. Только на неделю!
Похоже, мой наставник будет рад.



© Copyright: Эстет Тобиасович, 2010

№478 Змею

Автор: Эстет Тобиасович

Завтра, примерно в это же время,
Ты будешь сражаться, других не боясь,
С теми, кто после совсем не оценит
Помощь твою при лечении язв,

Судорог, сыпи и ран от проклятий.
Пусть ненавидят, тебе ль привыкать?
После победы все отпрыски знати
Дружно отправят тебя в каземат.

Там, в Азкабане, сидеть тебе вечно,
Сам заслужил незавидный удел.
Вспомни пророчество! Юность беспечна
И беспощадна (до боли) к себе.

Завтра, примерно в это же время,
Будешь убит ты одним из господ.
Вот она, плата за горькую верность,
Плата тому, кто готов был на все:

На шпионаж, на вступление в Орден,
Черт, на заботу о сыне врага!
Метку приняв, наплевал ты на гордость
И, как-то ночью, любимых предал:

Двое в могиле, «Герой» еще будет,
Глупый мальчишка…Тебе ли не знать?
Но победителей больше не судят,
А проигравших – с триумфом казнят.

Неотвратимы те мысли о рае,
Только надежда жива (пусть на треть).
Был бы умнее – то веру б утратил…
Змею, Профессор, змеиная смерть.




© Copyright: Эстет Тобиасович, 2011

№423 Ты куришь слишком крепкие сигары. Снейпу посвящается

Автор: Эстет Тобиасович

Ты куришь слишком крепкие сигары и слишком любишь тусклый черный цвет.

В своих стенах закрывшийся от славы, закрывшийся от зависти и бед, ты куришь слишком крепкие сигары, в себя вливая дорогой коньяк. Настаивая зелия на травах, невольно прикрываешь темный знак.

Ты знаешь, как далек от идеала: ты не красив, не молод, не богат.
Скажи, тебя преследуют кошмары о совершенном много лет назад?

Пускай свои кидают обвиненья – что стоит им безвинного распять? Не каясь в совершенных преступленьях, ты быстро научился предавать и продавать своих, казалось, ближних. Все это сложно только на словах. Их идеал - непоправимо книжный, Но в жизни все сложнее... И в делах. Такое не прощается задаром – всем наплевать, что крупно не везло.

Тебя погубят крепкие сигары и, может, некрепленое вино.

Ответь, тебя преследуют кошмары о горестных деяньях прошлых лет?

Ты куришь слишком крепкие сигары и слишком любишь тусклый черный цвет.

Пусть рукава испачкаются в гари (душа уже давно сокрыта в мрак). Тебя погубят крепкие сигары, раз не смогли десятки лет назад тебя сломить мучения у Лорда. Казалось, это было так давно… Что, черт, воспоминания не стерты?

Сотрет их некрепленое вино…




© Copyright: Эстет Тобиасович, 2010

№278 А жизнь вытекает сквозь пальцы...

Автор: Эстет Тобиасович

А жизнь вытекает сквозь пальцы,
Твою заливая рубашку…
Мальчик, прошу, не пугайся
Что я? Мне уже не страшно!

Что я? Я уже не житель
На этой планетке круглой.
Меня мир легко ненавидел,
Забыть еще проще будет,

Забыть, чтоб начать сначала,
Чтоб жить преспокойно дальше.

Героям рыдать не пристало…
Так что же ты плачешь, мальчик?



© Copyright: Эстет Тобиасович, 2011

№256 Тупик

Автор: Эстет Тобиасович

Идти больше некуда. Баста. Конец. Тупик.

Ты загнан, как зверь. Хотя нет, даже хуже зверя.
Взгляни на себя: ты седой, ты почти старик,
Косматый, худющий и даже плечами сник,
Тебя ненавидят, тебе никогда не верят.

Не верят, как раньше, и ненависть не стереть,
Как Темную Метку ее не свести в салоне.
Колдографы. Пресса.
Процесс под названием «Смерть» -
Травля аврорами. Бедность. Трусливый бег.
Разве когда-то иного ты был достоин?

Теперь о достоинстве стоит ли рассуждать?
Ты все потерял, что имел, а имел немного.
Кому ты помог – им самим бы на ноги встать,
А даже как встанут – никто не готов прощать.
Прощать - в этом мире задача слепого бога.

А что боги слЕпы, ты раньше прекрасно знал,
Как знал цену крови, запрета «да не убий».
Миры бесконечны, но этот кошмарно мал –
Не скрыться, не спрятаться, ты же уже пытал…
Пытался, конечно. Да только найти смогли.

Идти больше некуда. Загнан. Стучит в висках,
Не метроном, но огромный отбойный молот:
Аресты. Судимость. Печать на семи на замках –
На сердце усталом, сжатым в таких тисках,
Что никому не понять, кем ты был и кто ты.

Убийца. Предатель. Опаснейший черный маг,
Каких не осталось (последние дохнут в тюрьмах).
Ты молча киваешь – конечно, мол, это так,
Ни с чем не поспоришь, видите Темный знак?
А про себя повторяешь: «Да лучше б умер…».

В конце заседания поднимешь от пола взор –
Не сознавая, насколько же он затравлен…
С трибуны тебе улыбнется главный Аврор,
Слова его в корне изменят твой приговор,
Твои же слова приведут вас к порогу спальни.

Такая расплата, конечно, обоих ранит,
Но этот тупик куда лучше тюремных камер…

© Copyright: Эстет Тобиасович, 2012

№255 Чай

Автор: Эстет Тобиасович

Когда он заварит свой мерзкий зеленый чай,
Достанет пирог из духовки и стол накроет,
То вроде бы все в порядке. Твоя печаль
Ему непонятна, а, значит, его не тронет.

Не тронут его ни разрыв, ни полураспад
Семейной ячейки с фамилией Снейп. Ни боли,
Ни грамма раскаяния. Вроде он даже рад…
Скалится, чай допивает и не уходит.

Тогда на подмостки театра выходишь ты.
Точнее, выходишь из дома. И на ступенях
«Мальборо» куришь, дымом губя цветы.
Он тебя губит последствием злой мигрени -

Страшным оскалом. Пугай тебя, не пугай –
Пепел души вместе с болью ветра развеют.

Когда ты вернешься, он снова заварит чай,
Обнимет тебя и, конечно, пирог согреет.

© Copyright: Эстет Тобиасович, 2012

№254 Шарф

Автор: Эстет Тобиасович

Приятно болеть, если знаешь, что свяжут шарф,
Которым удушишься после того, как долго...
Или всего пару дней пролежишь в постели.
Его звонкий голос - контраст твоему ррр-ав.
Он будет рядом, сколько ты скажешь. Только,
Ты сам без понятия – дни, месяца, недели…

Приятно болеть, если сварят куриный суп,
Который всегда у тебя вызывал изжогу,
Что постепенно вступает в свои права.
Он страшно молод, неловок порой и глуп,
Не то, чтобы очень красив, ну, и слава богу,
Ведь красота приедается на раз-два.

Приятно болеть, если рядом с тобой бардак,
Который оставил тот, ну, что страшно молод,
К тому же герой войны, а теперь герболог.
Пойдешь на поправку – отвесишь ему тумак,
За пыль на столе, недомытые кружки. Повод
Тебе только дай, а он ведь дает их столько,

Что диву даешься - какого же черта с ним?
И неужели ЭТО и есть true love?
Он не ругается, если ты спишь один,
Петли спускает и заново вяжет шарф.

№229 Долг

Автор: Эстет Тобиасович
Снейджер

Ты неохотно стонешь подо мною,
В экстазе мне прокусывая рот.
Не вздумай притворяться ледяною,
Ведь между бедер теплый сок течет…

Запутавшись меж долгом и любовью,
Ты выбирала меньшее из зол:
Платила по долгам. Такой ценою,
Что той цены хватило бы на все –

Платила своевременно – собою,
Без сожаления, покрасневших щек.
Сжималась куртизанкой дорогою,
А оказалась девочкой еще.

Нет разницы между тобой и мною.
Выплачивая жертвенный налог,
Запутавшись меж долгом и любовью,
Я без раздумий выбираю долг.



© Copyright: Эстет Тобиасович, 2011

№174 Обращение Снейпа к фанатам

Автор: Эстет Тобиасович

Кхм-кхм, как меня слышно? Проверка связи.

На проводе кто? Меня слышно хотя бы? Прием?!

С вами Северус Снейп, сын Тобиаса,
Что умер годы назад, в девяносто восьмом.

Умер - запомните! Черт, запишите даже:
"Умер в Воющей хижине. Лорд. Змея".
Хватит меня воскрешать и считать пропавшим.
Умерли Лорд, Нагайна и с ними - я.

Хватит искать доказательства - не поможет,
Хватит писать небылицы, дурацкий слэш:
Поттера я ненавидел, и он меня тоже.
Запомните, Мерлин, очень простую вещь:

Меня не вернут ни стихи, ни рассказы ваши,
Никто не вернулся "оттуда" - чем лучше я?
Хватит меня воскрешать и считать пропавшим!
Ну, не поверю, что так нелегко принять

Смерть персонажа из книги, из выдумки, сказки,
Смерть идиота, что толком не жил для себя.
Умер я годы назад, ну что вам не ясно?
Не надоело в прохожих меня искать?

Я не вернусь. Не вернут меня чертовы байки.
Хватит жалеть понапрасну и слезы лить.
Нет меня. Не было. Хватит в подушку плакать,
Хватит нелепое горе в вине топить.

Все ваши чувства - фантом. Вы перерастете,
То, что зовете любовью к холодному мне.
Хм, почему? Очевидно: любовь проходит
Или, конечно, становится только сильней...

Мой вам совет: однажды вырвите с корнем,
Корень порежьте на части одним из ножей,
Зелье сварите. Попробуйте - Отворотное...

Надеюсь, что слышно.
Я мертв.
Успокойтесь уже.

№138 Всегда

Автор: Эстет Тобиасович

- Конечно, мальчик мой, я мог соврать,

Что Лили сын останется в живых,
Тебя мог успокоить, приобнять,
Да ты не примешь нежностей таких.

А что мне оставалось? Ну, скажи!
Позволить Тому дальше убивать?
К тому же, Гарри Поттер еще жив…
- А он и впредь продолжит выживать!

- Увы, в последней битве он умрет,
И тут уж ничего нельзя поделать…
- А я ведь, идиот, который год
Вам продолжал беспрекословно верить!

- И верно делал, я на стороне
Всех светлых магов этого столетия!
И я все это делал, чтобы ни…
- Никто не умер. Слышали, Директор!

Я знаю Ваши речи наизусть,
Их до одной все выучил за годы.
Теперь другие слушают Вас пусть.
Вы, Дамблдор, ничуть не лучше Лорда!

- Ты просто зол, мой мальчик, соберись.
Возьми себе лимонный леденец…
И с прошлым, наконец, прошу - простись.
- Вы просите?! О, Мерлин, наконец,

Из Ваших уст мне просьба, не приказ:
От Вас я слышать это не привык…
Извольте, выполняю сей же час:
Простился. Я прилежный ученик?

- Вот, выпей чаю, Северус, не злись,
Вдруг выживет, бывают чудеса!
- О, с чудесами в детстве я простился.
Патронуса пускаю в небеса,

За бегом лани долго я слежу…
На вкус Ваш чай – как талая вода…
- Не думал, что когда-нибудь спрошу:
Ты до сих пор?

- Извольте же – ВСЕГДА!

№131 Я боялся признать, почему же так жду сентября

Автор: Эстет Тобиасович

Я боялся признать, почему же так жду сентября -
Был молод тогда. Чуть за тридцать мне было. Осень.
Когда первокурсники вторглись в Большой наш Зал,
Я выпрямил спину и еле дышал от злости.

Мой крестник, а как же иначе, попал в Слизерин,
Копия Джеймса - на мой факультет ненавистный,
Куда же Лонгботтома? Хм, да туда же, за ним.
Воздух дрожал. Все смеялись. А я напился.

Альбус смолчал, рассудив, что мне нужно это,
Коллеги мои, не заметив, ушли в покои...
Драко - счастливец, родился в начале лета,
Рожденных в конце июля осталось двое.

Похмелье стало родным. Уроки мне были обузой.
Драко блистал на Зельях, ответы зубрив наперед,
Лонгботтом себя показал тупицей, невежей, трусом,
Поттер же был нахален, словно домашний кот.

Другие его ласкали, я в этом видел слабость,
Альбус молчал и тихо растил его на убой.
Лонгботтом взрывал котлы, а Драко кичился папой,
Поттер дерзил так нагло, как будто бы он Малфой.

С ним было много проблем. С ними было непросто,
Они не хотели видеть, как этот мир убог,
У них на троих на всех был мой никчемный возраст,
Я их спасти пытался. И, кажется, не уберег.

Семь лет прошло. И вот смотрю на былых мальчишек -
Так на отцов похожи, не знал бы - протер глаза.
Поттера видел я с девчонкой Уизли рыжей,
Мальчик-Который-Выжил идет по отцовским стопам.

Лорд вызывает к себе. С ума поди сходит от злости,
Мне ли к тому привыкать. Огонь я возьму на себя -
Хватит, отжил свое, все вытерпел в тридцать восемь,
Nil permanent sub sole*. Теперь мне не ждать сентября.

*лат. "ничто не вечно под солнцем"

№82 Зачем?

 

Автор: Эстет Тобиасович

1. Он старый такой и страшный. Ведь правда, Рон? Глядит так колюче и злобно, как на букашку. Чего ему надо? Чего ухмыляется он? Никак не пойму. Хотя это уже не важно. На каждом уроке надменно: «А, наш Герой», На каждую радость оскал. Почему – не знаю. Вечно поблизости, вечно стоит за спиной – Дышит мне в спину неслышно и наблюдает. Квиддич. И я, первокурсник, уже ловец, Только метла подо мною взбесилась прямо. А в голове только мысль: «Не как отец… Я же сейчас упаду и отправлюсь к маме…». Мне говорили тогда, только я не верил, Причин не нашлось (захотел бы – они нашлись). Волки в овечьей шкуре сожрать хотели… Скажите, Профессор, зачем Вы меня спасли? 2. На курсе втором защищали от тех «овец», Что притаились в родном и знакомом стаде – От Филча и Локонса. Список продолжить здесь? Каждый из нас его превосходно знает. Помню, как Вы защищали меня от Люпина, Впрочем, не только меня, а, студентов всех. Мы так привыкли стоять за чужими спинами, Мне надоело скрываться за Вами, сэр. После спасли от ягненка в собачьей шкуре, Ладно уж, Блэк не ягненок, но и не волк. Меня охранять – это только в Вашей натуре, Только от этого толку… А есть ли толк? Сами ведь в курсе, что долго сидеть на месте Я не сумею. Извольте ж меня простить. Мне лишь одно непонятно, вот только честно Скажите, Профессор, зачем Вы меня спасли? 3. Скоро умру. Но пока мне еще не страшно – Я гриффиндорец, львы на моем гербе. Я понимаю, что бесполезно спрашивать, Вы равнодушны к жалкой моей мольбе. Но что изменилось, если б узнали раньше? Растили бы, зная, что попаду в расход. Решили заранее, что со мной будет дальше, Меня опекая для смерти из года в год. Что ж, я умру. Это правильно, в самом деле, Родители, крестный поди уже заждались. Исполню все то, чего от меня хотели, Я ведь отдам за победу всего лишь жизнь. Вы тоже умрете. Горло у Вас в крови, Слезы собрал, как просили, вон в тот флакон. Скажите, Профессор, зачем Вы меня спасли? Снова молчите. Идем, Гермиона, Рон… © Copyright: Эстет Тобиасович, 2012

№80 Я, как водится, стар, некрасив и сед...

 

Автор: Эстет Тобиасович

Я, как водится, стар, некрасив и сед, Он слишком юн, неотесан, раним и жалок. Я навлеку на мальчишку с десяток бед, Он мне притащит букет голубых горечавок. Я, кто не знал, домосед и любитель чая, Он же - аврор, и ему не сидится дома. Я подарю ему ровно пять лет молчания, Он мне подарит хорал приглушенных стонов. Я нездоров и все время на грани фола, Он - воплощение живое Феликс Фелицис. Я ведь убийца, к тому же - директор школы, Он хочет бросить все и уехать в Вильнюс. Я буду делать вид, что читаю Гёте, Он не поймет моей тихой скупой печали. Меня похоронят с помпой в начале года, Он на могилу притащит букет горечавок. © Copyright: Эстет Тобиасович, 2012

№6 Что остается нам? Только шарфы надевать...

Автор: Эстет Тобиасович

Что остается нам? Только шарфы надевать,

В полоску шарфы, зачастую зелёного цвета,

Галстук завязывать, заново книжки читать,

Ища в них детали канона и все ответы.

Что остаётся нам? Только смотреть опять

Фильмы любимые раз в девяносто первый.

А после работы кошку свою приласкать,

В шутку её называя, конечно, Минервой.

Что остаётся нам? Фанфики разве писать

О мире волшебном, о мире любимом с детства,

С юности, зрелости - Мерлин, да наплевать!

Цель, как известно, оправдывает средства.

Цель: не забыть этот мир, умереть не дать

Любимым героям и нелюбимым злодеям.

Что остаётся нам? Только стихи писать

О том, как Нагини сплеча разрубает Невилл,

О том, что Профессор сумеет себя исцелить -

В это фандом всей своею душою верит.

Что остаётся нам? Только домашних злить

Рецептами зелий простейших и усладеля,

Хотя огневиски по паспорту можно пить,

Но где его купишь в маггловском этом мире?

Что остаётся нам? Только волков любить,

Их про себя называя беднягой Люпином.

Что остаётся нам? Помнить и дальше жить,

Дань отдавая шрамам и круглым очкам,

Дружбе героев и их настоящей любви…

Роулинг Джоан оставила это нам.